www.positive-lit.ru
Памятник Первопечатнику Ивану Фёдорову
Читать всего совсем не нужно;
нужно читать то, что
отвечает на возникшие в душе вопросы.

Лев Толстой
ПОЗИТИВНАЯ, ЖИЗНЕУТВЕРЖДАЮЩАЯ ЛИТЕРАТУРА






ИЗ КНИЖНОГО КАТАЛОГА

ЖИВОПИСЦЫ О КНИГАХ

АВТОРИЗАЦИЯ
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
  Войти      Регистрация




Легенда о счастье и несчастье

 
Легенда о счастье и несчастье



Иллюстрация Любови Лазаревой

Человека, у которого есть мечта, всегда отличишь от других: упорство и особенный блеск глаз присущи ему. Так и Герод: брови вразлёт, упрямая улыбка, большие сильные руки, рост недюжинный — все это придавало ему мужественный облик. А уж если заговорит — даже кощунственным казалось прервать музыку его слов.

Но и трудно было с ним простым людям. Захочет невеста Герода, Изель, приласкаться к нему — а ему как раз мысль в голову придёт какая-нибудь (крылья он хотел для человека придумать), вот и бежит со всех ног к себе над чертежами мудрёными колдовать. А Изель вернется домой грустная, в зеркало поглядится, вздохнёт, спросит у слуги своего, карлика:

— Скажи: или некрасива я стала? Или голос груб?

— Отчего же, — карлик ответит. — Кто любит, тот всегда красив.

— Понимаю я, — девушка размышляет, — он же обо всех думает, что ему наши заботы! Он велик, счастье человеческое ищет для всего мира, а мы для него — просто букашки, пошлые, глупые, пустые! Вот и не замечает он наших дел никчёмных.

— Пусть так, а только не пара он тебе, — вздохнёт карлик.

Рассердится Изель:

— Знаю, почему наговариваешь! Сам меня любишь, вот и злословишь!

— Люблю — и полно, а коли обидел — прости, — скажет он и коня кормить пойдёт.

Но больше Герод замечал, чем девушке казалось. Встретил однажды карлика, когда тот с рынка шагал, и спросил:

— Отчего ты не любишь меня, слуга? Что делаю я неправильно? Вразуми, если истину знаешь.

— Изволь, — карлик кивнул. — Деньги есть у тебя. Знания есть. Друзья есть. Зачем же крылья тебе?

— Летать человек должен, — Герод удивился даже. — С рассветом чтоб мог целоваться и к солнцу прижаться щекой. Здесь, на земле, что человек делает? Рождается, спит, ест, плодится и умирает. А в воздухе он парить станет — вольный, как орёл, быстрый, как сокол, могучий, как небо само! Бога человек в небесных просторах найдёт!

— Было бы Богу угодно, он бы нас с крыльями создал, — не согласился карлик. — Парить — к чему? Ворона — она ведь летает, ужели от этого святой стала? А кто ищет Бога, тот и в грязи его обретёт.

— Человек — не ворона! — гневно Герод вспыхнул. — И в высях заоблачных счастье его. Отчего вот этот мальчик плачет? Змей его воздушный в ветвях запутался. Видишь — даже ребёнок, чье сознанье ещё людьми не поругано, о небе мечтает!

Не ответил карлик: поклажу поставил, на дерево взобрался и змея мальчишке освобождает.

— Что сделаешь, — Герод вздохнул. — Не все поэты на земле, не всем дано откровение понять. Что ж — ползай по деревьям, а я крылья мастерить буду — и смастерю, увидишь, подарю их людям!

Сказал так и пошёл. Но обернулся — жалко ему стало маленького человечка: пыхтит, качается на ветке, а до цели так и не доберётся. Протянул длинную руку, снял игрушку, мальчишке отдал.

— Вот чем мечты мои от твоих отличаются, — пояснил. — Так сделать хочу, чтоб каждый мог достичь.

И ведь сделал он крылья, смастерил! Упорный был, не отступался. Прибежал Изель сказку свою показать.

— Летать могу! — кричит, и глаза у него, словно два солнышка, сияют. — Смотри!

Раз махнул крыльями, другой — в забор врезался.

— Тесно, — говорит, — здесь, нет душе простора. В горы надо идти.

Дал карлику крылья нести, а сам девушку подхватил на руки, побежал. Верно говорят, мечта окрыляет: будто летит он, травы не касаясь, хоть и без оперения своего.

Но вот поднялись они на гору, нацепил крылья Герод, разбежался, оттолкнулся — и в небо ушёл!

Кричит он что-то из-под облаков, смеётся Изель, даже карлик им любуется. Но ветру упорство его не понравилось. Прыгнул ветер, толкнул его в грудь — завертелся Герод, потерял равновесие, вниз полетел...

Лежит он на камнях, окровавленный, но живой, крылья переломаны, бьётся над ним Изель. А карлик стал поодаль и бросил ему с горечью:

— Был ты молод, Герод, силён и могуч. Теперь ты калека немощный, и Изель — калеки невеста, но зато глотнул ты воздуха заоблачного и с закатом поцеловался — счастье обрёл навеки!

— Молчи, чудовище бессердечное! — девушка крикнула. — Никогда не понять тебе души светлой и доблестной!

— Куда мне, приземлённому, — карлик негромко ответил. Повернулся и за подмогой побежал — медленно, неуклюже. Не было у него ни крыльев, ни мечты — только две ноги, коротких и усталых.

...И не был счастлив с тех пор Герод, потому что на самом деле не знал, для чего людям мечта о крыльях и в чём её истинная суть. Крушением всего стала для него горькая шутка ветра.

Изель счастлива не была, потому что трудно ей было вместить смысл земных потерь: понимать счастье лишь земное, безбольное, могли научить её мать и бабушка.

И карлик молча зажимал несчастье своё в кулак, ибо не сердце влекло его помогать и служить людям, а положение его, зачем-то Богом назначенное, и привычка, пришедшая к нему от отца, а отцу от деда.

Но не были несчастья их безнадёжными.

Потому что раскинулось над всеми извечное небо, и светили над всеми звёзды неугасимые.

И звали к полётам отважным.

И звали к любви и красоте.

И к служению ближнему своему и дальнему.

И ждал людей Бог на каждом из путей, и каждому было уготовано счастье — на всех единое.

14 июля 1994,
4 октября 2008




Дорогие читатели, автор всегда  рад вашим отзывам, вопросам, комментариям!
 
(c) Все права на воспроизведение авторских материалов принадлежат Екатерине Грачёвой. Цитирование приветствуется только при наличии гиперссылки на источник. Самовольная перепубликация не приветствуется, а преследуется по закону. Если вы хотите пригласить меня в какой-то проект, сделайте это легально. (написать >>>)
www.positive-lit.ru. В поисках пути Человека. Позитивная, жизнеутверждающая литература. (с) Екатерина Грачёва.