www.positive-lit.ru
Памятник Первопечатнику Ивану Фёдорову
Читать всего совсем не нужно;
нужно читать то, что
отвечает на возникшие в душе вопросы.

Лев Толстой
ПОЗИТИВНАЯ, ЖИЗНЕУТВЕРЖДАЮЩАЯ ЛИТЕРАТУРА






ИЗ КНИЖНОГО КАТАЛОГА

ЖИВОПИСЦЫ О КНИГАХ

АВТОРИЗАЦИЯ
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
  Войти      Регистрация




1. СОВЕТ ДИРЕКТОРОВ

 
1. СОВЕТ ДИРЕКТОРОВ


Перестраивать жизнь всегда труднее, чем двигаться по какой-то накатанной колее. Но если уж вокруг начались перемены, то зажмуриваться в ожидании времён, когда всё само как-нибудь утрясётся — самое неправильное, ведь задвинуть тебя могут в самый пыльный угол. Так что при перестройке особенно важно быть активным: тогда, если даже тебя настигнет неудача, то это будет ценный урок, а не мрачный рок — так Татка для себя решила.

Это слово, «перестройка», в приближающемся девяносто первом году заставляло многих взрослых тревожиться и даже отчаиваться. Озабоченность взрослых Татка понимала, но на ход жизни смотрела с оптимизмом. Может быть, потому, что её школа стала перестраиваться сразу. Сначала им объявили, что в шестом классе им учиться не суждено — из-за перехода на одиннадцатилетнее образование они все дружно прыгнут в седьмой. Следом посыпались отмена школьной формы и школьные ярмарки — дни, когда все они торговали кто чем горазд, от самоделок и домашних пирожков до комнат страха с платным входом. Вдохновлённые новой нумерацией, уже по-настоящему «запрыгали через класс» и некоторые отличники. Например, в Таткином классе появились жизнерадостная Люда и замученная учёбой и неуверенностью Машенька. Больше того, из другой школы перевели совсем крохотного парнишку в толстых очках, потомственного вундеркинда из многодетной семьи, Вовочку. Вовочка скакнул вперёд на два или три класса разом — и тут же стал в дикой среде парней мальчиком для битья. Поглядев на страдания Вовочки и Машеньки и взвесив своё незавидное положение в классе, Татка от планов подобных гиперпрыжков сразу отказалась. Во-первых, армия ей не грозит, так что торопиться некуда, во-вторых, она с самого начала на год всех младше, в-третьих, гробить своё и без того краткое личное время на какую-то зубрёжку, жертвуя писательством — да никогда! Школа меж тем одна из первых взяла курс на превращение в лицей, появились необычные кружки: то программирование с младшей школы, то теория решения изобретательских задач, а в девятом — пожалуйста — основы маркетинга. Да ещё и не в форме лекций, а в форме ролевого тренинга!

Конечно, Татка записалась на тренинг с энтузиазмом. Чем раньше приспособишься к новому времени, тем больше сможешь совершить! Это Татка знала хорошо. Даже самого маленького опережения уже хватает для успеха там, где остальные просто ленятся и плывут по инерции. К примеру, читай завтрашний урок, всего один урок, который всё равно придётся учить, заранее — и ты уже будешь задавать учителю вопросы почти на равных. Конечно, эта тактика работает только на житейском уровне, по мелочи. Если ты хочешь совершить для человечества что-то по-настоящему ценное, сражаться придётся о-го-го сколько. Потому-то и важно заранее позаботиться о житейском, чтобы можно было бросить все силы на главное сражение. Надо будет зарабатывать пламенному идеалисту на пропитание? — Надо! Значит, чем больше ты идеалист, тем важнее для тебя освоить маркетинг.

Но даже в освоении маркетинга можно в какой-то мере попробовать вести свою линию о мире и дружбе. И Татка попробовала.

Каким забавным всё казалось в тот момент, когда они впервые дискутировали с тренером, заставив его изменить запланированный ход занятия…

— Татка, не надо! Не надо! — уже тащила её за свитер Жанка, пыталась усадить. — Учитель тебе сказал — нельзя, значит, нельзя!

— Тренер сказал «нельзя» только потому, что я неправильно подала информацию, — не сдавалась Татка. — Конечно, как умный человек, он тут же согласится, как только мы дадим ему достаточное обоснование. У нас здесь всё-таки занятия по менеджменту, а не арифметика, которая не умеет извлекать корни из отрицательных величин, и тем более не долбёжка какой-нибудь политэкономии, где два плюс два всегда равно пяти с половиной только потому, что так полагается!

— Хватит спорить о такой условной мелочи, — подключилась уже и степенная Света.

— Просто скажи, что ты капитан, мы согласны, — тихонько толкнула её плечом Люда.

— Зачем нам такой скандальный капитан? — шипела Жанка. — Посмотри, что она вытворяет! Людка, ну встань! Скажи, что капитан ты!

— Девчонки, я за Люду, а Люда выдвигает Татку, — томно отметила Неля, глядя при этом на тренера и поправляя причёску.

— Так, товарищ парламентёр, — усмехнулся тренер. — Вы говорите, что доносите до меня решение вашей команды, а я вижу, что это и вовсе ваш личный выверт? Команда! А ну отвечайте: вы поддерживаете выходку вашего парламентёра? Отвечайте каждый!

— Уже не поддерживаем! — тут же ответила Жанка. — Нельзя так нельзя!

— Простите, почему вы называете вежливое выражение мнения выходкой? — строго вопросила Света.

— Это решение мы приняли полностью вместе, — мягко, но без колебаний произнесла Люда. — Неважно, кто его выдвинул, мы все согласились, что так правильно.

— Вот именно. Кто кому тут глаза повыцарапает во время принятия решения, — Неля любовно оглядела свой маникюр, — это наше дело, а для вас она дипломатически неприкосновенна. Даже если парламентёр бредит, это тот парламентёр, которого выбрала команда.

— Тренер, да отстраните вы уже их от занятий, и всё! — закричал капитан «Лексуса» Миша. — Зачем нам вообще сдались эти девчонки, пусть идут в кружок по домоводству! Давайте уже занятие начинать!

— Здесь только я буду решать, когда что начинать и когда что заканчивать, — отрезал тренер, для убедительности направив в Мишину сторону палец, точнее, сразу два, блеснули перстни с камешками. — Кому это не нравится — прошу покинуть помещение.

Миша нахохлился и замолк, но смотрел на Татку испепеляющим взглядом. Впрочем, это был не самый недовольный из всех. С соседнего ряда, сложив руки на груди, с вежливой улыбкой превосходства щурился на неё капитан «Спрута» — Алекс Тайгер. Ну и что. Пусть щурится.

— Вам очень повезло с командой, — сказал меж тем тренер. — Команда вас защищает. Я бы не советовал впутывать таких ценных людей в конфликт со мной только оттого, что вам захотелось сделать что-то оригинальное.

— Просто нашей команде сразу показалось, что вы хороший тренер, — объяснила Татка. — Ваши занятия побуждают думать вместо того, чтобы слепо следовать пережиткам вчерашнего дня. Именно поэтому нам показалось, что на ваших занятиях действительно можно играть всерьёз. Если наличие формального капитанства настолько важно для вас, конечно, мы подчинимся, кинуть жребий недолго. Но ваша нестандартная манера ведения занятий наводит меня на одну догадку. Любую нашу инициативу вы сперва нарочно испробуете на прочность, что сейчас и происходит. А потом, если вы вправду убеждены, что мы ошибаемся, вы не упустите возможность показать это всему коллективу наглядно. Команда, решившая отказаться от капитана, будет неизбежно проигрывать.

— Какая дипломатическая подкованность… — усмехнулся тренер. — Однако я, уж простите, не вчера родился и без подсказок знаю, которые возможности достойны их использования. Вернёмся к нашим баранам. Любой совет директоров имеет исполнительного директора. Команда избрала таковым именно вас, значит, я просто записываю, что вы капитан.

— Меня избрали для данного действия, — воспротивилась Татка. — Ладно, если вы действительно не хотите воспользоваться шансом разнообразить игру, записывайте: наш капитан — Люда. И простите, что мы слишком буквально восприняли вашу фразу о том, что самое главное — это инициатива. И что лучшее решение нередко находится за рамками правил игры.

— Я такое говорил?

— Да. Я конспектировала, — Татка подняла мелко исписанную тетрадь, записи были помечены кружочками, квадратиками и треугольниками. Правда, в одном месте там было довольно крупно написано на полях в облачке: «Спят усталые игрушки, книжки спят…» — и нарисован вещающий тренер. Вспомнив об этом, Татка торопливо прикрыла место пальцами, но он, кажется, уже заметил, и кроме того, теперь открылось другое примечание в ощетинившейся звёздочке: «ОЧЕНЬ СПОРНО».

— В общем, да, вы говорили о важности инициативы, — завершила Татка, спрятав тетрадь за спину. — И… ваши благие посевы упали на благодатную почву. И процвели вот такой вот нашей инициативой.

— В таком случае, придётся отвечать за свои слова, — согласился тренер. — И мне, и вам. Сядьте. В совете директоров каждый должен отвечать за всех. Проверим, на что вы годитесь. Пять вопросов — пять ответов. Итак, первый. По каким причинам ваш совет выдвинул отвечать… эмм… как вас зовут? Татку, — чуть кашлянул он, потому что она тут же вскинула тетрадь задней обложкой кверху, где во весь лист недоброжелателем была накарябана большая рожа с маленьким тельцем и подписано: «Я очень мерсская Татка Окресстная!» — а ниже её рукой добавлено: «Бедный Ванечка, сочувствую твоему раздвоению личности».

— У неё язык хорошо подвешен, вот и выдвинули, — махнула рукой Жанка.

— Это я заметил, — кивнул тренер.

— Да, она у нас писатель, — улыбнулась Люда.

— Стоп, я просил отвечать по одному, — перебил тренер. — Чей ответ принимать к сведению?

— Мой, — сказала Жанка. — Я была первая. А потом команда выразила мне одобрение!

— Ясно. Задаю второй вопрос для любого из остальных. Кто из вас раскроет передо мной преимущества совета директоров?

Девчонки переглянулись.

— Давайте я, что ли, — вздохнула Света. — Понимаете, есть такая пословица: ум — хорошо, а два — лучше. Каждый из нас знает или умеет что-то лучше, чем другие.

— Что мешает умникам давать советы капитану?

— Психология, конечно, — по-учительски объясняла Света тренеру, как маленькому. — Совещания занимают время, так что когда есть главный, он часто будет принимать простые решения сам, но это войдёт в привычку. Один привыкнет командовать, другие — слушаться. Так повышается риск появления ошибок, вслед за этим — недовольства и раздоров. Оттого так и складывается, что подчинённым всегда скучно, неинтересно, они всегда недовольны начальниками. А начальники чувствуют себя одинокими. Но если каждый почувствует свою ответственность, то все в команде будут активны, будет больше идей, больше радости.

— Ясно. Вопрос к оставшимся. Допустим, ваши мнения разошлись. Что тогда? Это разве не повод для недовольства и раздоров?

— Тренер, мы — женщины, — кокетливо улыбнулась Неля. — Разве вы не знаете, что женщины по сравнению с мужчинами — высокоорганизованные существа? Это вам, мужчинам, вечно нужно обгонять друг друга и держать равнение на того, который ярче всех распушил хвост. А мы любим растить цветы так, чтобы они не мешали друг другу и не закрывали солнце. Мы женская команда, так что уж и дайте нам внутри нашего маленького гнёздышка строить дело по-женски! Изображая из себя мужчин, мы обязательно проиграем, а даже если выиграем, будем чувствовать себя несчастными из-за той цены, которую заплатили.

— Тогда почему бы вам не вернуться в ваши гнёздышки, что вы вообще забыли на моём спецкурсе по менеджменту? Человек, который не стремится быть первым, всегда будет плестись в хвосте, — постановил тренер. — Кто-то рискнёт с этим спорить? Голос остался у двоих. Люда, Татка?

Татка с Людой посмотрели друг на друга. Что, если напоследок останется что-нибудь совсем каверзное?

— Спорить не люблю, а объяснить попробую, — вызвалась Люда. — Быть первым — задача полезная, но она частная, локальная. Бизнес-команде «Деловые люди» важны не рейтинги и медальки, а практическая отдача. Крепко стоять на ногах, стабильно расти. Мы пришли на ваш курс не играть и выигрывать. Мы пришли учиться, трудиться, строить и достигать намеченного. Захочется ли вам спорить с тем, что такая цель намного важнее того двухкассетника, который вы пообещали победителю в конце курса?

— Нет, не захочется. Благодарю. Персональный допвопрос, Люда: почему в обсуждении вы предпочитали отдать капитанство Татке, хотя большинство, в том числе и Татка, было за вас? Вы сомневаетесь в своих способностях?

— Я не сомневаюсь в Таткиных. Зачем мне делать работу, с которой справится кто-то другой? — засмеялась Люда. — Лучше буду советовать, а бремя решений свалю на Татку. Видите, какая я корыстная… Ну что вы на меня так смотрите? Ждёте, пока я прямо признаюсь, что она умнее? Я не признаюсь.

— А вы, Татка, тоже хотели бы перевалить бремя неприятных решений на Люду?

— Нет. Её больше любят, и всем было бы приятнее её слушаться, чем меня.

— И всё-таки, Татка, кто из вашего совета директоров будет принимать решение, когда оно должно быть мгновенным?

— Тот, кто будет сидеть ближе к пусковой кнопке.

— Очаровательно. Осталось посадить вашу команду перед стратегическим чемоданчиком.

— Жизнь не мелодрама, — пожала плечом Татка. — Если из нас получится плохая команда, мы до значительных поручений не доберёмся и обнаружим свою несостоятельность гораздо раньше.

— Ну что ж, — сказал тренер. — Думаю, мне интересно взглянуть, что из этого получится. Итак, команда «Деловые Люды», простите, «Деловые люди», капитан отсутствует. Республика, коммунизм, совет директоров. Принято!

— Спасибо! — хором откликнулась девчачья команда.

«Лексус» на заднем плане коллективно закатил глаза к потолку и разразился возгласами: «Ну наконец-то», «И года не прошло», «Что, уже можно просыпаться?»

Алекс Тайгер лениво повернул голову к «Лексусу» и снисходительно сказал:

— Парни. Спите дальше. Если для вас здесь не происходило ничего интересного, то стоит ли вам вообще просыпаться… — а потом наклонился вперёд:

— Эй, деловые. Давайте меняться. Отдайте нам Люду на замдиректора. А взамен берите любого из «Спрута». И сверх того всем по мороженке.

— Любого? А если тебя, Алекс, попросим взамен? — захихикала Неля.

— Хотите получить самое ценное? — усмехнулся он. — Со мной у вас, Нелечка, совета не получится. Я всегда исключительно сам решения принимаю.

— Люд, если ты хочешь в его команду, лично я огорчусь, но не обижусь, — быстро сказала Татка шёпотом. — Наши люди везде будут сеять благородные принципы!

— Ты меня так не любишь? — наклонилась Люда. — Ты же говорила, что Тайгер — индюк, сноб и противный тип!

— Зато ты, — Татка тоже наклонилась, — говорила, что он умный, галантный и приятный!

— Значит, равнодействующая наших мнений — ноль! — подытожила Люда. — И вообще! Вот ты бы нас бросила, если бы тебя Южанин позвал?

— Что за вопрос, если б Южка, то даже ручкой тебе не помахала бы на прощанье, — засмеялась Татка.

— Изменница несчастная! — возмутилась Люда. — Вот больше никогда не приходи ко мне блины есть! Никогда-никогда, до самого вторника!

— Татка, Люда, со стороны выглядит, будто вы и вправду совещаетесь, на кого поменяться, — заметила Света.

— Ах да, мы же не ответили, — спохватилась Люда. — Что, кого уполномочим? Я знаю, кого… Жанка, ответь на запрос интеллигентно и благородно!

Жанка встала и сказала:

— Совет директоров «Деловых людей» уполномочил меня ответить на ваше несомненно интересное предложение, многоуважаемый и высокородный сэр Тайгер, в лучших традициях английского этикета. Но боюсь, что из всей международной дипломатической переписки мне известен только один образец. Это письмо запорожских казаков турецкому султану. В коротком пересказе там написано: «Спасибо, многочтимый султан, от ваших мороженок у нас горло болит, кушайте их сами».

— Ах, какая потеря, — косо усмехнулся Тайгер. — Ну что ж, высокородные запорожцы, оставайтесь в своём... запорожье. Наше почтение вашему запорожскому совещательному органу.

Вот так всё и начиналось. Занятие за занятием, «Деловые люди» оправдывали все свои положения. Приходилось им и проигрывать, но даже тренер однажды хохотнул, говоря в конце занятия: «Второе место не стоит и объявлять, а остальные распределились следующим образом…»

А потом они время от времени стали занимать и первое место. И тренер с лёгкой улыбкой качал головой, объявляя им результат.

И вот наступил день отборочного первенства. Девчонки были воодушевлены идеей натянуть нос всем мальчишкам, демонстрируя им несокрушимую силу женского подхода к делу. Раньше они просто играли в своё удовольствие, теперь им предстояло защитить правоту великой силы сотрудничества и единения. Если они победят, наверняка станут немножко легендарными в педагогической практике тренера. Он будет рассказывать о них всем последующим ученикам. О лучшей команде, которая выигрывала потому, что отказалась от неравенства и поставила во главу угла дружбу!

— Вот бы победить на междушкольном турнире! — сияла глазами Жанка. — Представляете, что тогда будет! Да мы изменим всю экономику! Про наш подход в газетах напишут!..

— Ты сначала «Спрута» и «Лексус» опереди, они серьёзные соперники, — хмыкнула Света.

Но так или иначе, все они сели за свой любимый игровой столик праздничные и сияющие.

— Так, а вот парты попрошу расставить по местам, — объявил тренер, входя в кабинет.

— Почему? — все встрепенулись и замерли.

— Сегодня, уважаемые коллеги, — тренер покачался на пятках, — каждый сам за себя и против всех. Все игроки действуют под псевдонимами. Победителю основного тура — двухкассетный магнитофон и место капитана в будущей команде. Остальные участники команды набираются по суммарным баллам.

Девчонки стояли как из ведра облитые. Громче всех веселился над ними Мишкин «Лексус».

— Людка! Выигрывай второе место и приходи ко мне в замдиректора! — подмигнул Алекс Тайгер. — Вместе мы свернём горы!

— Да-да, и реки пустим вспять, — фыркнула она. — И полетят паровозы, и поплывут самолёты… Надеюсь, в команде всё-таки не будет должности заместителя.

Тренер меж тем добавил:

— И разглашать свои псевдонимы до конца соревнований я никому не советую.



Назад в раздел


Дорогие читатели, автор всегда  рад вашим отзывам, вопросам, комментариям!
 
(c) Все права на воспроизведение авторских материалов принадлежат Екатерине Грачёвой. Цитирование приветствуется только при наличии гиперссылки на источник. Самовольная перепубликация не приветствуется, а преследуется по закону. Если вы хотите пригласить меня в какой-то проект, сделайте это легально. (написать >>>)
www.positive-lit.ru. В поисках пути Человека. Позитивная, жизнеутверждающая литература. (с) Екатерина Грачёва.